Если бы князю или любому из его домочадцев причинили вред за время проживания в Эдо, то сёгун опозорился бы, оставив такое преступление неотмщенным. Возмездие было единственным способом сохранить честь правителя, а самураю честь более важна, чем сама жизнь.

Сёкей хотел выяснить больше деталей об убийстве, но какое-то время оба ехали молча, в тишине, нарушаемой единственно стуком конских копыт. Пошел снег, и юноша представил себя и судью в образе всадников на печатной миниатюре, которую он видел на распродаже в Эдо. Наконец судья заговорил вновь:

— Очень плохо, что мы не смогли обследовать место преступления пораньше. Господин Инаба был убит во время сна. К настоящему моменту слуги унесут тело. Вот невезение!

Судья заслужил репутацию блестящего сыщика. Поговаривали, будто он мог угадать преступника, лишь посмотрев на него. Господин Оока говорил, что слухи не соответствуют истине, но, поскольку люди верили в его дар, некоторые преступники признавались, как только представали перед судьей. Оока учил Сёкея, что лучший способ изловить преступника — это обратить пристальное внимание на вещи и подумать о том, что они означают.

— Преступник нарушает надлежащий порядок вещей, — сказал он, — как камень, который падает в пруд. Если будешь следить за кругами, которые бегут по воде, то найдешь место, куда попал камень.

Это было вполне доходчивое объяснение, но Сёкей понимал, что осуществить поимку преступника непросто. Оока иногда посылал юношу собирать информацию, которая поможет раскрыть преступление, однако Сёкею не всегда удавалось определить, что значимо, а что нет.

Когда всадники достигли замка господина Инабы, они увидели, что резиденция охранялась самураем, облаченным в доспехи, украшенные изображениями мальвы — символом клана Токугава, члены которого занимали трон сёгуна в течение более чем ста лет. Сёкей задавался вопросом, куда подевалась собственная охрана господина Инабы.